image альпинистскаЯ учебноспортивнаЯ база
invers горыи маршруты
наша база
новости
горы и маршруты
фотогалереЯ
услуги  и цены
адрес
форум
карта сайта















уллутау << люди и горы  
 

ВРЕМЯ НЕ ЖДЕТ

АЛЕКСАНДР ПЛОТНИКОВ, г. Ставрополь

Посвящаю своим друзьям Игорю Терехову и Сергею Бережному.

Раньше всё было по-другому.
Трава ярче,
вершины белее,
Небо выше,
а друзья моложе.
Только эхо в горах,
Как прежде, поёт
Голосами
друзей-мальчишек
Голоса их всё тише,-
Время не ждёт

6 августа 1996 года командой из пяти человек мы приехали в ущелье Адырсу. Рано утром вышли на разминочную гору Виатау. Мы были на ней до этого, но огромные снежные карнизы остановили нас на ключевом участке. Теперь маршрут высох и, передвигаясь по сухим скалам, мы получали огромное удовольствие. Серёга Бережной поразил меня до глубины души, когда прыгнул с зуба на зуб в гребне. Он пролетел два метра и приземлился на площадочку величиной в две ступни. Я понимаю, будь это ровным местом. Но тут пропасти в обе стороны,- лететь до конца географии. Это круто настолько владеть своим телом!

На гребне работало три группы новичков. Чтобы не расслаблять их своими разгильдяйскими замашками, мы связались верёвкой и впятером, одновременным лазаньем, пролезли плиту, на которой остановились в июне. Я шёл первым, стараясь двигаться как можно быстрее, и не давая верёвке провисать. Мужики вщёлкивали карабины и один за другим начинали движение. Костя Колокольников ещё успевал давать распоряжения тем, кого мы обгоняли. Теперь они доподлинно знали, куда забивать крючья для станции и как страховать товарищей снизу.

На вершину выползли довольно быстро. Развернули свой неизменный флаг, установили его в камнях на найденном тут же ломе и балдели, озираясь вокруг. Подтягивался народ. Кто-то спросил, - откуда мы?
- Пятигорск, Железноводск, Грозный.
- А что за флаг?
- Советская Прибалтика.
- А почему Прибалтика?
- Другого не было!
В общем, зубоскалили, знакомились, делились информацией. Что ещё делать, сидя на вершине в ясный погожий день?

Каждый год в ущелье проводят день памяти. Приезжают альпинисты со всей страны вспомнить погибших друзей. Они идут на кладбище, кладут цветы к табличкам и на могилы. Бессменный начальник учебной части а/л Уллу-тау Юрий Порохня зачитывает фамилии и после каждой звучит удар колокола. Фамилий много. Люди прислушиваются, когда произнесут знакомые Александр Курочкин. Удар. Звук плывёт над головами Миша Говоров. Ещё удар. Это наши, грозненские. Думаю о том, что в этом году мы с Мишей, погибшим в 1983, стали ровесниками.

Потом три дня шёл дождь. На четвёртый Игорь Терехов и Серёга Степанов стали рыть землю копытом и требовать выхода наверх. Мне и самому надоело внизу, и я сказал, что завтра выходим по любой погоде. Ребята обрадовались. Как ни странно, дождь на следующий день прекратился и мы отправились на перевал Гарваш. Чем выше мы поднимались, тем спокойнее нам становилось. Предстартовое волнение уступило место нормальному рабочему ритму. Внизу, как в огромном булькающем котле, клубились тучи. Наверху их сдувало ветром. Хотелось подойти к маршруту как можно ближе.

Мы вышли на Гарваш и поставили палатки на удобных площадках около озера. Я отправил мужиков обрабатывать нижнюю часть маршрута на Лацгу, а сам вооружился телеобъективом и пошёл искать точку, выгодную для съёмки. Хотелось сфотографировать их работу со стороны. Но, увы, всё закрыло туманом, и слышны были только голоса друзей, подающих команды на стене. Что ж, тогда надо подойти и посмотреть вблизи, что они делают. Когда я поднялся в кулуар, Игорь Терехов вешал третью верёвку и вскоре оказался у контрольного тура. Очень хорошо. С утра эти три верёвки существенно облегчат нам жизнь.

Утро подарило очаровательную картинку. Все облака лежали на дне ущелья и это море вытекало из Адырсу в Баксан. На юго-западе розовели два Кавказских исполина Чатын и Ушба. Всего полчаса понадобилось нам, чтобы по провешенным верёвкам подняться к контрольному туру. Из-за гребня выглянуло солнце и сразу стало теплее. Внизу показались альпинисты. Они прошли под нашим контрфорсом, двигаясь к южному гребню. Одиннадцать человек. Многовато.

Предыдущая группа слишком долго проходила наш маршрут и заночевала в тумане на вершине. Нам надо поторапливаться. Работаем быстро и практически без огрехов. Хорошая получилась команда. И весёлая. Через пять с половиной часов, преодолев последний жандарм и одиннадцать верёвок маршрута, выходим на вершину. Устраиваем небольшой пикничок с видом на Эльбрус и другие окрестности. Кушаем, чем Бог послал, пишем записочку. В конце традиционное: "Попутного вам ветра, мужики, в деревянные затылки! Храни вас Господь!" На южном гребне в часе от вершины появились люди. Наша записка достанется им. А нам пора. Наверху хорошо, однако, внизу тоже неплохо кормят.

На перевале закатываем праздничный ужин. Поздравляем друг друга с красивой горой. Сверху спускается давешняя группа. Мы их, оказывается, знаем. Но внизу они выглядели гораздо бодрей и задиристей. Подходит инструктор. Спрашиваем, - понравилась ли наша записка?

Говорит, что мальчикам да, а девочкам нет. Ну, извините, - девочек мы не разглядели. Передаём послание спасателям. Рации нет, а о нас беспокоятся. Развитие событий нам нравится. На следующий день, для коллекции, решаем сходить на Уллу-тау. Маршрут относительно простой, но может пригодиться для спуска с более сложных.

С утра выходим, не торопясь и, через час сорок поднимаемся на западную вершину. Погода звенит и рукоплещет. На вершине мужики загорают и расписывают тысячу в картишки. Два часа такой расслабухи, скажу я вам, чрезвычайная редкость на восхождениях.

Когда спускаемся на перевал, ребятам в голову приходит гениальная идея
искупаться в озере. Вы прекрасно понимаете, что подобная мысль на высоте 3500 метров над уровнем моря могла появиться только в больных головах. Во всяком случае, они должны были заболеть, купаясь в озере с ледяным дном! Но, как ни странно, никто из них даже не чихнул! Игорёк только орал истошно: "Снимай, снимай!" - закрывая хозяйство руками. И я снял. Так что снимок попал в историю.

На следующий день спускаемся в базовый лагерь. Серёга Степанов и Серёга Бережной собираются и без отдыха бегут вниз. Им очень хочется сходить на Эльбрус и, до вечера, они надеются попасть на канатку. Мы, оставшись втроём, назначаем день отдыха и откисаем, глядя на девочек и прочие прелести цивилизации. Отдохнув день, выходим на Тютю-баши, маршрут Хрусталик, Игорю на руководство. Наши друзья спасатели сходили его из лагеря в лагерь за 13 часов. Почему бы нам не сделать тоже самое?

Пять часов подходим под гору. На тютюйских ночёвках спрашиваем у гостеприимного москвича, где начало маршрута. С его лёгкой руки вместо тройки мы попадаем на пятёрку. Траверсируем влево, чтобы попасть на свой маршрут. Вперёд выходит Игорь, преодолевает двухметровую нависающую стенку. Монолитные гранитные скалы трансформируются в сильно разрушенный кулуар. Убираем верёвку в рюкзак.

Страховку делать не на чем, а сорвать друг друга при падении можно легко. Двигаемся максимально плавно и аккуратно. Не смотря на это, из-под меня вываливается целая груда камней и летит вниз. Я отпрыгиваю в сторону и повисаю на цырлах. Ору: "Камень!!!" Внизу Костя, который делает то же, что и я, прыгает в сторону, уворачиваясь от камней. Уф! Вроде обошлось!

Кулуар завершается натёчным льдом. Сверху, как-то вдруг, начинают лететь огромные булыжники. Послеобеденное время, наверное, пора. Прячемся за камень и одеваем на ботинки кошки. Как под обстрелом, перебегаем по льду от камня к камню. Булыжники летят с завидной периодичностью. С очередным бульником, едва не сбившим Игоря, меня прорывает. После громкого свиста я ору: "Эй, вы, трам-тара-рам , я сейчас вылезу, я вас всех..." Ненормативная лексика действует, как волшебная палочка . Камни перестают лететь. Оказывается, это группа москвичей наверху совершает траверс и, развлекаясь, кидает камни вниз.

Проскакиваем с Игорем лёд, и он уходит на гребень поговорить с нашими друзьями. Жду Костю. Когда мы поднимаемся наверх, Игорь сидит на вершине один, глядя на уходящую группу. Говорит: Они не знали, что мы внизу и очень извиняются. Три часа дня. Обессиленные, не в состоянии даже поесть, смотрим вслед москвичам. Вроде взрослые люди, а занимаются такими вещами!

Когда приходим в лагерь, по плацу нарезает круги начспас Ким Кириллыч. В руках рация:
- А вы куда?
- Да мы откуда
- А где были?
- На Хрусталике.
- А когда вышли?
- Сегодня из лагеря.
- Ну, вы даёте!

И он рассказывает нам о спасработах на Чегете, где погиб альпинист. Я вспоминаю маленькое зеркальце, разбитое с вечера. Вздыхаю. Нас Господь сегодня миловал.

Зимой 2000 года, когда я уже перебрался в Ставрополь, Игорёха приехал ко мне в гости. Посидели, попили пивка, подивились превратностям судьбы. А когда он уходил, я спросил, глядя на его лёгкую куртку из полартэка: "Игорь, тебе не холодно?" "Да нет, теперь уже не холодно" - ответил он.

Через две недели, по НТВ, я услышал о нём. И о Серёге Бережном. И о Мишке Запорожском. И об Игоре Ашурове. 9 февраля они погибли под обвалом на Ушбинском ледопаде, вместе с англичанами, которых вели на гору.

Я слушаю голоса своих друзей, записанные в горах на диктофон, смотрю фотографии и надеюсь, им хорошо там, где они теперь. Я очень на это надеюсь. Ведь иначе зачем мы воспитываем свою бессмертную душу на этой земле?

Раньше всё было по-другому.
Трава ярче
Вершины белее
Небо выше
А друзья моложе
Только эхо в горах,
Как прежде, поёт
Голосами друзей мальчишек,
Голоса их всё тише
Время не ждёт


<
 
оглавление:
 
   
  советы новичкам:  
   
  горы с стихах, прозе и музыке:  
   
 спасработы и нс:  
   
     

наша база | люди и горы | горы и маршруты | фотогалереЯ  | услуги и цены | адрес  | форум  | карта сайта